Home
über mich
Kontakt
Presse
Fotoarchiv
Archiv Publikaziy
Links
Reserve
Публицистика Интервью Полемика
 

Радуга, №11, 2004

Яна Лисовская: Судьба моя- театр

    Биографическая справка

   Яна Лисовская. Закончила Школу-студию МХАТ. Играла на сцене Центрального Академического детского театра, затем на подмостках МХАТа. Снялась в кинофильмах Не хочу быть взрослым, Привет с фронта, Ворота в небо, Любовь и голуби, Корабелы, Слова народные, Пилоты, Женщины, которым повезло, Машенька, Человек с аккордеоном. Десять лет проживает в Германии. За это время снялась в немецких фильмах Таторт. Следы войны, Живущий у Рейна, Приземление на Луну, Рандеву.

  Как режиссер поставила более десяти спектаклей: Маленький Мук, Руслан и Людмила, Ревизор, Волшебник изумрудного города, Путешествие Нильса с дикими гусями, Снежная королева и др.

  Замужем за немецким актером театра и кино. Вольфом Листом. Воспитывает шестилетнюю дочь Василису. 

  У российских актеров, эмигрировавших за рубеж, судьбы складываются по-разному. Кто-то продолжает заниматься любимым делом, кто-то вынужден смириться с творческой невостребованностью. Фортуна –дама капризная, улыбается не всякому. Но только ли от удачливости зависит жизненный успех? Скорее всего, - это результат целенаправленных усилий на достижение поставленной цели,  работоспособность и вера в собственные силы. Именно этим набором качеств  и обладает наша сегодняшняя гостья, известная актриса театра и кино Яна Лисовская.

 

-Скажите, Яна, в театральный вуз вы поступили с первой попытки?

-Да, причем в три сразу: в Щукинское, ГИТИС и в школу-студию МХАТа при официальном конкурсе 110 человек на место. Остановилась на последнем, т.к. в том самом году набирал свой единственный актерский курс Олег Ефремов.

-Сомнений в выборе будущей профессии не испытывали?

-Да нет. Я выросла за кулисами. Мой папа,- классический тенор, солист московской государственной филармонии, пел на сценах знаменитейших театров мира, в том числе и в Большом. Я, разумеется, закончила музыкальную школу, Гнесинку, и то, что буду связана с искусством, сомнений не вызывало. Я присутствовала на всех папиных концертах, сидела на репетициях. Тихо благоговела, когда он репетировал с Галиной Вишневской. Представляла себя балериной, когда поглядывала из-за кулис на Катю Максимову и Наталью Бессмертнову. А когда у последней перед выступлением разорвалась пачка и, в отсутствие других свободных рук, зашивать ее было поручено мне, шестилетней, я испытала такую гордость, какая бывает у актеров, получивших Оскар.

-Расскажите о своих студенческих впечатлениях.

-На курс Ефремова тогда попало 30 человек. Закончила же его ровно половина, среди них: Дима Брусникин, снимающийся почти во всех отечественных сериалах, Маша Брусникина, которая недавно получила Государственную премию за режиссуру, Александр Феклистов, Вера Сотникова, Роман Козак, ныне режиссер театра имени Пушкина, Полина Медведева- лауреат премии Чайка. Курс наш был уникальным еще и потому, что у нас преподавали Андрей Мягков, Александр Калягин, Алла Покровская, режиссеры Власов и Скорик. Но самое главное везение- это, конечно Олег Николаевич.

-Говорят, он был очень сложным человеком, жестким и авторитарным.

-Да, но не взбалмошным. Он горел таким огнем любви к театру, что не мог не быть требовательным. Станиславский тоже не был сахаром. На каждой репетиции по 100 раз орал: Не верю!, и актер должен был по 100 раз заново входить в образ. У меня об Олеге Николаевиче Ефремове остались удивительно теплые и светлые воспоминания.

-После окончания вуза вы попали в Центральный детский театр...

-Это было великолепное время. Режиссер А.В. Бородин собрал потрясающую команду, в которую входили Евгений Дворжецкий, Игорь Нефедов, Боря Шувалов, Леша Блохин, Сережа Серов. Там я проработала 3, 5 года и вдруг получила предложение Ефремова сыграть на сцене МХАТа Соню в Дяде Ване. У меня было для ввода в роль всего девять дней.  Когда я пришла на первую репетицию, открыла дверь и увидела Смоктуновского, Евстигнеева, Вертинскую, Борисова, Саввину, Мягкова, Невинного, Гуляеву, то поняла, что не смогу произнести ни одного слова из своей роли. Тем не менее, спектакль был сыгран, и Олег Николаевич стал настаивать на моем переходе во МХАТ. Целый год я не могла на это решиться и работала в двух театрах, пока Ефремов не рассердился: Кончай валять дурака, чтоб завтра была в отделе кадров!.  

-Знаю, вы много работали на радио.

-Я была, можно сказать, радиогангстером. Как-то радиорежиссер Владимир Шведов увидев меня в детском театре, пригласил сыграть в радиосказке Машенькина свирель. Так началась моя тесная дружба с радио. Пиноккио, Завтра была война, Собор Парижской богоматери, Три мушкетера, Двенадцать стульев, Золотой теленок и многие-многие другие шедевры мировой литературы прошли через мое сердце и голосовые связки.

-А как вы пришли в кино?

-Помощники кинорежиссеров часто посещают дипломные спектакли студентов театральных вузов и присматривают там актеров для своих будущих фильмов. Меня увидела в роли Марьи Антоновны на моем дипломном спектакле Ревизор помреж кинофильма Не хочу быть взрослым и пригласила на пробы, которые я прошла успешно. Так я сыграла свою первую кинороль девочки Светы.

-Какой из фильмов с вашим участием является для вас любимым?

-В первую очередь, конечно, Любовь и голуби Владимира Меньшова, где я играла Людку, дочь главных героев. Не знаю ни одного российского зрителя, не видевшего эту замечательную комедию. Я снималась в совершенно звездной команде: Михайлов, Дорошина, Юрский, Тенякова, Гурченко. Фильм имел невероятный успех. Такое удовлетворение от результата работы и такое приятное послевкусие актерская судьба дарует нечасто. Есть в моей биографии еще одна работа, стоящая для меня особняком- пятисерийный телефильм Женщины, которым повезло режиссеров Орлова и Храмова. Каждая серия посвящена судьбе отдельной героини. Кроме меня, в фильме снимались Елена Проклова, Ольга Остроумова, Евгения Глушенко и Вера Глаголева.. Время, проведенное на съемках вспоминается, как сплошной праздник, домашний и уютный. Четверо из пяти актрис по знаку зодиака- Девы: я, Оля Остроумова, Лена Проклова и Женя Глушенко. Можете себе представить, как мы изощрялись в приготовлении пищи и создании уютной обстановки на площадке и во время досуга. В общем, эти две картины являются для меня самыми дорогими.

-Ваша карьера развивалась более чем успешно. Вы снимались в кино. На сцене МХАТа в пятнадцати спектаклях играли главные роли. Что подтолкнуло вас к эмиграции?

-Любовь. Мы приехали в Германию на гастроли. В Геттингенском государственном театре показывали спектакль 37 мая по Петрушевской. Именно в этом спектакле меня и увидел мой будущий муж, актер этого театра Вольф Лист. Несколько позже геттингенцы давали ответные гастроли в Москве. Я была одной из немногих в театре, кто говорил по-английски, а потому выступала в роли гида-переводчика. Водила Вольфа по музеям, выставкам и консерваториям. Как мне показалось, у нас завязались дружеские отношения. А Вольф, оказывается, влюбился в меня настолько сильно, что за несколько месяцев выучил русский язык. Когда он снова приехал ко мне в гости и заговорил, я была просто покорена. Взяла его с собой на гастроли в Питер. Там-то и поняла, что Вольф- моя судьба. Вскоре я приехала к нему во Фрайбург, куда он перебрался из Геттингена, получив работу во Фрайбургском театре. Там мы и расписались. Я Вольфа очень любила, но решиться на переезд я никак не могла. Два года мы жили на две страны. Наконец, совсем измучились от такой семейной обстановки, и я отправилась к Олегу Ефремову с заявлением-просьбой предоставить мне академический отпуск на четыре месяца. Дело было в середине театрального сезона и мое заявление, по сути, означало увольнение. Я сказала Олегу Николаевичу: Мне необходимо это время, чтобы понять, смогу ли я прижиться в Германии. Неожиданно для меня он ответил: Поезжай, а дальше смотри сама: вернешься через неделю, мы все будем счастливы. Вернешься через год-три-десять- твое место будет тебя ждать. Эти его слова меня здесь сильно грели, когда я боролась с ностальгией, неудачами в постижении немецкого языка, сложностями немецкого менталитета. Чувство, что я в любую минуту могу вернуться обратно, позволило мне прижиться в Германии.

-Слово дом у вас ассоциируется с Москвой или с Фрайбургом?

-Москву я обожаю и езжу туда очень часто. Там живут мои родители, мои друзья. Я с большим удовольствием приезжаю в Россию и с неменьшим возвращаюсь в Германию, где меня ждут муж, дочка, любимая работа. Несмотря на всю мою привязанность к Москве, дом для меня- Германия, в которой я прожила почти 10 лет.

-Знаю, что вашей лучшей подругой является Юлия Меньшова...

-С Юлей мы познакомились на съемках фильма Любовь и голуби, где она время от времени наблюдала за работой отца (Владимира Меньшова) с актерами. Ей было тогда 14 лет. С тех пор мы дружим уже 20 лет. Я  являюсь крестной матерью ее дочери Таисии. Несмотря на проживание в разных странах, мы с Юлей постоянно переписываемся по Интернету. В промежутках перезваниваемся. Наши телефонные счета выглядят чудовищно. Мы часто видимся. Юля-это часть моей жизни. Она очень умная, цельная натура, глубоко порядочный человек. Ее сыну Андрюше сейчас 6 лет, а Тасе- год. Несмотря на все скептические предостережения доброжелателей о невозможности удачной творческой карьеры при наличии двух детей, Юля всегда говорит: Дети- это мой капитал. В роли мамы она очень органична, как впрочем, и во всех иных своих ролях.

-Как режиссер вы поставили в Германии более десяти спектаклей. Сложно ли работать с немецкими актерами?

-Не сложно. Немецкие актеры удивительно дисциплинированны и организованны. Не помню ни единого случая, чтобы немецкий актер пришел на репетицию без выученного текста, чего не могу сказать о своих соотечественниках. Мы спонтанны, эмоциональны, порой, ленивы и недисциплинированны. И подход к работе у нас и у немцев разный.

В первую очередь, немецкие лицедеи интересуются механикой роли и возможностью удобного существования в этой механике. Российские же актеры полагаются на эмоции. Когда они на подъеме, мы можем увидеть совершенно гениальную игру. Когда на спаде- роль преспокойненько запарывается. Но с точки зрения актерской индивидуальности, разнообразия самородков, которых предлагает русская театральная школа, немецкая театральная система, безусловно, проигрывает.

-Ощущается ли разница в подходе к постановке спектакля в России и Германии?

-В общем, да. И, прежде всего, в сроках, отводимых на подготовку. Три сестры, например, Ефремов ставил во МХАТе три года. По году- на сестру. Здесь такого не может быть никогда. Когда однажды ганноверский театр отпустил на подготовку спектакля Макбет три месяца, в это никто просто не мог поверить. Обычно укладываются в пять-шесть недель. Зато в России спектакли идут годами, порой, и десятилетиями, а здесь- всего один сезон, т.е. 15-20 раз.

-Отличается ли немецкая театральная публика от российской?

-Безусловно. Для немецкого зрителя важно понять театральную пьесу головой, увлечься идеей. И только, благодаря этому пониманию, у них возникают эмоции. Российский же зритель должен сначала воспринять произведение эмоционально, а уже потом проанализировать, что же его так тронуло. К сердцу немецкого и российского зрителя нужно идти разными путями.

-Многие российские актеры, ныне работающие в Германии, жаловались мне на некоторую сухость западных зрителей: они не караулят артистов у театральных подъездов, не просят автограф, не дарят цветов.

-Верно, но в этом нет ничего неприятного. Наш мэтр Олег Ефремов вообще считал, что подношение цветов на сцену после спектакля является подачкой. Кому-то подарили букет, кому-то- нет, хоть играл он ничуть не хуже. Возникают обиды, зависть, и как следствие, нездоровый микроклимат. Как-то мы играли в Париже Дядю Ваню, и мне очень понравилось тамошняя система. После спектакля цветов никому не дарят. Но на следующий день, когда я явилась в театр, у вахтера, при входе, меня ждал гигантский букет желтых роз с запиской Мадмуазель Лисовской. Спасибо за вашу Соню. Видимо, прагматичные западноевропейцы выражают благодарность уже после того, как убедились в том, что поблагодарить стоит. И это вполне нормально.

-Что подтолкнуло вас, актрису и режиссера, на стезю драматурга?

-Я с раннего детства считала профессии журналиста и писателя самыми необыкновенными. Мечтала писать, но судьба увела меня в актерство. Вернулась я к своей детской мечте, когда выяснилось, что не существует пьесы по произведению, которое я собиралась поставить на театральной сцене. Тогда я сама написала инсценировку Путешествия Нильса с дикими гусями. За ней последовали другие: Руслан и Людмила, Слоненок по Киплингу и др. Все мои пьесы изданы в серьезном гамбургском издательстве Уве Вайтендорф. Так, волею судьбы, стала еще и драматургом.

-И, как обычно, под занавес, о творческих планах.

-Буквально на днях начинаю сниматься в телевизионном фильме по заказу канала ZDF Ласточкино гнездо. В этой комедии я буду играть русскую девушку Веру. Кроме того, вскоре приступаю к преподавательской деятельности: в двух театральных школах Фрайбурга буду обучать студентов актерскому мастерству.

-Спасибо вам, Яна, за интервью. Больших вам творческих успехов.